Водяной знак

  сайт о защищенной продукции

Поиск


    

<расширенный поиск>  

Разделы сайта




Золотой червонец


Rambler's Top100







 

№ 10 (54) октябрь 2007

 
 

 Вечные ценности 

 

 

 

 


НЕДООЦЕНЕННЫЕ АКЦИИ

Эскизы ценных бумаг когда-то рисовали знаменитые художники. Теперь акций в бумажном виде почти не выпускают. А зря

Русский аукционный дом в течение нескольких лет занимается коллекционирова­нием и продажей раритетов ценных бумаг — акций, векселей, облигаций. Здесь убеждены: антикварные ценные бумаги — это не просто оригинальный подарок.

Это возможность лучше узнать и почувствовать финансовую историю страны. Кто сегодня собирает раритеты ценных бумаг? С какой целью? И оставит ли сегодняшнее время о себе память в виде акций и облигаций? Обо всем этом «Водяному знаку» рассказал директор ЗАО «Русский аукционный дом» Александр Куранчев.



Маленькая, но уютная ниша

— Поскольку речь идет об исторических ценных бумагах, естественным будет сравнение — мы развиваемся так же неспешно, как история, представленная этими ценными бумагами.

За последние годы у нас появилось очень много новых клиентов. Но самые главные и основные наши клиенты — коллекционеры. К нашему удовлетворению, их становится все больше и больше. Как правило, коллекционерами становятся люди, которые понимают, что такое ценные бумаги, то есть близкие к миру банков, финансов, капитала. Это люди, которые понимают, чем простая акция отличается от привилегированной, а облигация — от векселя. Это самые интересные, самые благодарные и самые последовательные в своих действиях наши клиенты. Они ищут определенные бумаги для коллекций, сформированных, как правило, по сфере деятельности. Это могут быть коллекции банковских бумаг, бумаг железнодорожных компаний, торговых организаций, государственных займов, золотых займов России и так далее. Работать с настоящими коллекционерами трудно, но интересно, потому что они разбираются в вопросе и являются практически полноправными нашими коллегами.

Еще один важный и, я бы сказал, «пропагандистский» аспект нашей деятельности — предложение не­заурядных, нетрадиционных подарков. Все больше и больше наших клиентов интересуются приобретением раритетных ценных бумаг для подарков. Причем приобретаются такие подарки в основном для людей, которые разбираются в исторических ценных бумагах и осознают их культурно-историческую и коллекционную ценность, — для работников финансовой сферы, банков­ских компаний, инвестиционных институтов.

Те, кто покупает наши бумаги для подарков, часто становятся постоянными клиентами и бывают очень часто, интересуются нашими новинками. Мы стараемся для них находить что-то интересное и необычное.



Сертификат вместо Айвазовского

— Еще одно направление, мне кажется, пока не вполне нами освоенное, — это продажа исторических ценных бумаг для оформления интерьеров финансовых учреждений и организаций, по роду деятельности близких к фондовому рынку. Это направление мне кажется очень перспективным. Не секрет, что многие наши финансовые институты оформлены как музеи — Айвазовский, Перов, Шишкин. Чем дороже картина, чем тяжелее багет, тем богаче и перспективнее компания…

Сейчас в России наметилась устойчивая тенденция, которая, впрочем, на Западе давно уже является традицией, — в оформлении учреждения обязательно должен быть профильный акцент. Если это банк, то там должны быть банковские акции; если это фонд или инвестиционная компания, там могут быть облигации, например старинные сертификаты. И особенно важно, если существует момент преемственности учреждения с тем финансовым институтом, старинные бумаги которого вывешиваются на стену. Это свидетельствует о том, что в учреждении с интересом относятся к истории финансовой деятельности.

Для клиента это важно, и работает такое оформление как составляющая имиджа компании.

Например, наши частые гости — руководители Московского народного банка. Он существует сегодня под названием Московский народный банк — Еврофи­нанс. Им приятно иметь к праздникам или корпоративным торжествам знаменитые акции Московского народного банка, и мы стараемся найти их по всему миру, хотя их осталось очень мало.

Коллекции, включающие в себя очень интересные, «профильные» бумаги, собирает компания «Лук­ойл», любопытная коллекция у нефтяной компании «Никойл» («Уралсиб»). Коллекция «Ник­ойла» интересна не только тем, что она большая. Она, помимо русских бумаг, включает в себя бумаги зарубежные. А нефтяных зарубежных бумаг очень много. Особенно дорогие из них и, пожалуй, самые интересные — первые американские нефтяные бумаги.

Многие банки собирают корпоративные коллекции и считают эту деятельность интересным и перспективным вложением денег. И, кстати, затраты не так уж велики, потому что рынок раритетных ценных бумаг на сегодня существенно недооценен, хотя и растет ежегодно, по разным данным, от 20 до 30%. Как всегда, вначале люди с осторожностью смотрят на новый вид коллекционирования. Если про банкноты, марки, монеты в силу того, что их неоднократно продавали и покупали, известно, сколько каждый предмет хотя бы приблизительно стоит, то торговля раритетными бумагами — в зачаточном состоянии, и вопросов пока больше, чем ответов.

Конечно, у нас есть ряд экспертов, и если нам надо оценить бумагу, впервые появившуюся на рынке, мы это делаем, и делаем достаточно точно.

Недавно у Русского аукционного дома в гостях был господин Вайнгартен из Германии, который является руководителем крупнейшего в Европе аукционного дома, занимающегося только историческими ценными бумагами. Его коллекция насчитывает сегодня около 50 тысяч единиц. Он с большим интересом ознакомился с нашей работой.

Мы являемся клиентами Вайнгартена, он помогает нам искать интересные экземпляры русских бумаг, которых в его коллекции почти тысяча.

Результатом переговоров явилось решение о том, что мы будем продвигать его аукционы, которые проводятся пять-шесть раз в год, на свой рынок. Мы же пока больше одного-двух аукционов в год проводить не в состоянии — на большее не хватает интереса российских коллекционеров.

Наше сотрудничество представляется тем более интересным, что у немецких коллег — международная коллекция, в которой присутствуют не только немецкие, но и французские, английские, американские, юго­славские, ценные бумаги других стран. И я думаю, что за подобными коллекциями — будущее, потому что сегодня в России коллекционеры собирают преимущественно русские бумаги, а в будущем появятся коллекционеры, которые заинтересуются американским рынком ценных бумаг, другими зарубежными бумагами.

В ноябре этого года в Москве состоится очередной аукцион раритетных ценных бумаг, приобретенных в Германии. Эти бумаги будут недорогими, но очень интересными. Во-первых, они по-настоящему старые, так как в основном относятся к тридцатым годам позапрошлого века. А во-вторых, большинство из них было выпущено российскими железнодорожными компаниями в момент строительства русских железных дорог. Практически все эти дороги были построены с привлечением иностранных, по большей части немецких, инвесторов, таким образом бумаги оказались в Германии.



Ударим акциями по безграмотности

— В перспективе мы намерены заниматься не только продажей ценных бумаг, но и популяризацией финансовых знаний среди населения. Сейчас Минфином РФ разрабатывается специальная программа ликвидации финансовой безграмотности. До конца года, после рассмотрения программы в Госдуме, она должна быть принята.

Основная масса населения России не поспевает за развитием нашего фондового рынка. Банковских продуктов появляется много, а население не в состоянии «переварить» новую финансовую информацию и делает много неправильных шагов и ошибок в процессе овладения новыми финансовыми инструментами.

Есть масса нареканий по поводу потребительских кредитов. Недавно прошло несколько «народных» первичных размещений акций «Роснефти», Сбербанка и Внешторгбанка. Что происходит? Люди вложили деньги в акции и считают, что теперь они должны получать доход как по срочному вкладу в банке. А ведь это не так. Например, сегодня фондовый рынок просел, и акции торгуются с минусом. А человек, купивший акции, недоумевает: «Как же так? Меня обманули!» И действительно, частным инвестициям нигде не учат… На ликвидацию подобных пробелов в государственном масштабе и направлена образовательная программа. Мы в ней тоже хотим поучаствовать — перевели на русский язык небольшую книжку американского автора для детей 12–14 лет — «Моя первая акция».

Мы считаем, что прививать финансовые знания необходимо именно с этого возраста. В книжке популярно рассказывается, что такое акция, что такое облигация, что такое инвестирование…

После согласования с американским издательством и авторами мы хотели бы предложить эту книжку на наш книжный рынок. И к каждой книжке в качестве подарка будет приложен подлинник старинной русской акции. Подарок будет называться «Моя первая акция». Он призван разбудить интерес подростка к миру инвестиций, фондового рынка и другим финансовым институтам и инструментам. И, может быть, эта акция станет первым экземпляром коллекции. Размышляя над тем, какая акция должна стать подарком к книге, мы думали о том, что могло бы заинтересовать молодежь — акции «Макдоналдса», «Кока-колы»? И эти акции у нас есть. Но в итоге мы все же пришли к выводу, что следует подарить русские бумаги — облигации, акции железных дорог…

В других странах до 70% населения так или иначе занимается инвестициями — это могут быть и паевые инвестиционные фонды, и доверительное управление, и работа на фондовом рынке. Более того, вклады в банки и банковские счета имеют абсолютно все. В России до этого еще очень далеко, но, тем не менее, все это когда-то произойдет.

В рамках популяризации исторических ценных бумаг мы планируем выпустить и настенный календарь. На каждом листе такого календаря будет бережно прикреплена подлинная бумага. По завершении года бумаги можно будет вынуть из использованного календаря, и они станут началом коллекции. Очень надеемся найти инвестора для этого проекта.

Билибин не считал зазорным

— До революции все эмиссии, печать и размещение ценных бумаг контролировало министерство внутренних дел. И до сих пор в поле зрения Русского аукционного дома не попадало ни одной фальшивой бумаги.

Технологии полиграфического исполнения и защиты ценных бумаг в наше время шагнули на немыслимую высоту по сравнению с XVIII, XIX и началом XX века. А вот мастерством художников, оформлявших бумаги, знатоки восхищаются и по сей день.

Даже исторические ценные бумаги России, существовавшие примерно до 1995 года, по художественному оформлению значительно уступают раритетным бумагам прошлого.

В качестве примера можно привести классику — акцию Московского народного банка, оформленную Иваном Билибиным. Художник не считал для себя зазорным заниматься оформлением акций, и на этой ценной бумаге есть подпись художника, такая же, какой он подписывал живописные работы.

Да и остальные акции и облигации оформлялись таким образом, что сейчас представляют собой не только историческую, но и художественную ценность.

К каждой бумаге подходили как к произведению искусства. Эскиз рассматривался и утверждался не последними в государстве лицами.

Сегодня ценных бумаг в бумажном, физическом виде в России практически нет. Хотя до сих пор остается загадкой, почему, в отличие от того же американского фондового рынка, наши крупные эмитенты не делают бумаг для собственного промоушна?

На фондовом рынке США, разумеется, все акции также давно существуют только в электронном виде. Но при этом вы всегда можете купить бумажные акции той же «Кока-колы», «Дженерал Моторс», или «Дженерал Электрик», или «Майкрософт» — каких угодно компаний, присутствующих на рынке.

Да, разумеется, эти практически сувенирные акции, являясь подлинными, не служат инструментами фондового рынка и имеют номинал один цент. Но для продвижения бренда, для подарка, оформления, начала дет­ской коллекции — это очень интересная вещь.

Почему у нас нет, например, бумажных акций «Газпрома», РАО ЕЭС, Сбербанка — наших крупнейших эмитентов, являющихся системообразующими на нашем фондовом рынке? Мне, как акционеру Сбербанка, хотелось бы иметь его акцию. Может быть, я бы повесил ее на стену, передал детям или внукам, и она бы стала исторической ценной бумагой.

Через несколько десятков лет финансовая история России будет беднее, чем она есть сегодня, потому что не будет в ней таких вещественных свидетельств, ценных бумаг, которые оставили после себя всемирно известные и крошечные компании прошлых столетий.

А кроме того, для нашего населения чисто психологиче­ски было бы интереснее иметь на руках сертификат или собственно акции, если уж люди инвестируют средства.

Конечно, наличие сертификата ничего не гарантирует, но это — намного приятнее, чем выписка из реестра, которую сегодня держатель акций имеет в удостоверение своих имущественных прав. Выписка представляет собой лист писчей бумаги, на которой — компьютерная распечатка… И сравните его с ценными бумагами… Что мешает выдать человеку, который принес свои деньги, вместе с безусловно необходимой выпиской из реестра, красивый сертификат, на котором будет написано, что Иванов Иван Иванович является собственником 100 акций Сбербанка?

И ведь никаких особенных сложностей в том, чтобы такие акции были, нет. Не нужно дополнительных эмиссий, достаточно лишь перевести часть электронных акций в бумажную форму. Более того, это окупится! Потому что такие акции будут покупать. В том числе и как произведения искусства. Тот же «Газпром» или «Лукойл» вполне могли бы заказать по конкурсу эскизы акций у хороших художников. И, думается, художники с удовольствием взялись бы за такую необычную и благодарную работу. А уж полиграфия наша с ее высочайшим уровнем вполне могла бы создать из эскиза настоящий шедевр, и защищенный, и великолепный.

И непонятно, почему наши эмитенты так себя не ценят…

А когда бумажные раритеты вернутся в нашу экономическую действительность, а это обязательно случится, рынок раритетных ценных бумаг станет и шире, и интереснее.



Россия 90-х годов — последние ценные бумаги

— Сегодня мы с нашими коллекционерами живем только тем, что было. А этого становится все меньше и меньше. Раритеты теряются, рвутся, горят, бумага имеет такое свойство…

У нумизматов, бонистов все время выходит что-то новое. И если сегодня памятная монета никого особенно не интересует, через сто лет на нее будет спрос, а через тысячу — она будет иметь для коллекционеров такую же запредельную ценность, как сегодня — самые древние и дорогие монеты. У филателистов выходят новые серии марок. Жизнь продолжается!

Во всем остальном мире это есть — немецкие, французские, английские акции печатаются постоянно. А у нас — только прошлое… Наше настоящее закончилось вместе с ценными бумагами «МММ», концерна «Гермес» и «Олби-дипломата». Людям, которые стояли во главе этих финансовых пирамид, мы благодарны за то, что они оставили нам образцы последних российских ценных бумаг. Пусть эти бумаги иногда смешны по своему художественному и полиграфическому исполнению, но это наша история. Да, грустная, да, стыдная, но, глядя на эти бумаги, каждый из нас вспомнит эпоху со всеми ее подробностями.

Есть у нас и приватизационный чек с автографом Анатолия Борисовича Чубайса. Вот он уже оформлен соответствующим образом — высокого класса художественное решение, полиграфическая защита, все как полагается современной ценной бумаге.

Сегодня эти бумаги стоят недорого, потому что их время еще не подошло. Но — это последнее «бумажное», что осталось от российского фондового рынка.

Сейчас новые экземпляры исторических ценных бумаг на российском рынке еще появляются. Но все реже и реже. Источник — заграничные коллекции и — «сундуки». То, что вывезли из России первые эмигранты, и то, что провалялось какое-то время на чердаках и в подвалах, время от времени попадается коллекционерам. В результате мы стали свидетелями такого случая — недавно на немецком аукционе был выставлен чемодан с бумагами, который хозяин за ненадобностью приготовил к выбросу, полагая, что это ничего не стоит. С большим трудом нам удалось этот чемодан на аукционе «перехватить».

Часто ценные бумаги погибают потому, что люди разбирают вещи и, не зная, что бумажный «хлам» ценится и собирается коллекционерами, выбрасывают их. Это большое счастье, когда удается что-то перехватить по пути на помойку.

Однажды нам позвонили из Ташкента. Там нашли три десятка старых русских бумаг. Обещают их привезти. Правда, давно уже это было, и никто ничего не везет. Но мы ждем. И всё приобретем обязательно. Если привезут.



Нумизматы не знают, что такое настоящая «бедность»

— Я не принимаю жалоб нумизматов на то, что материала становится все меньше, литература не выпускается. Нумизматы просто не знают, что такое настоящая информационная и материальная бедность! Думаю, что если нумизматы соберут все свои книги и каталоги, то это будут шкафы и шкафы. Все, что издано по раритетным бумагам, уместилось вот тут, на одной полке.

Любители раритетных бумаг за свои деньги выпускают маленькие каталоги, которые вызывают большой интерес.

Мы всячески пропагандируем наши бумаги и очень благодарны тем авторам, которые используют их в своих изданиях. Недавно вышла на двух языках замечательная книга Лифлянда и Петрова «Век акций, рент и облигаций». В книге опубликованы такие ценные бумаги, которых нет нигде, кроме Государственного Исторического музея. А само издание посвящено истории ценных бумаг. Вышла книга благодаря финансовой корпорации «Уралсиб».

Такие издания, как «История Внешнеторгового банка» или «История Сбербанка», тоже содержат иллюстрации — ценные бумаги. Но эти труды ставят перед собой цель показать историю банка, поэтому ценным бумагам там уделено не очень много внимания.

Очень хороша книга Ю. Голицына «Фондовый рынок дореволюционной России: очерки истории». Эта книга богато иллюстрирована не только нашими бумагами, хотя наших бумаг в этом издании немало.

Показательна в этом смысле замечательная книга «Защита капитала», которая тоже содержит репродукции ценных бумаг. Речь в ней идет о капитале как о частно-семейной собственности и сбережении капитала на протяжении нескольких поколений собственников, о создании финансовых кланов.

Остальная литература с нашей единственной полки — зарубежные каталоги аукционов ценных бумаг. Вот, например, американский каталог, который сам является произведением книгоиздательского искусства. Он содержит описание ценных бумаг многих стран мира.

Когда-нибудь мы дождемся и у нас в России такого интереса, который позволит проводить регулярные аукционы и издавать каталоги, вести научные изыскания в области исторических ценных бумаг. Ведь ценные бумаги отражают развитие фондового рынка в стране. Чем больше и лучше он развит — тем активнее интерес к его истории, а значит, и к историческим ценным бумагам.

Богдан ВИНОГРАДОВ

 


 

 

Последние новости


<все новости>  

Мероприятия

 

© 2003-2019 "Водяной знак". При использовании материалов ссылка на "Водяной знак" обязательна.
Адрес редакции: Россия, 190020, Санкт-Петербург, Старо-Петергофский пр., д. 43/45, лит. Б, пом. 4Н;
тел.: (812) 325-20-99, 325-35-23; e-mail: info@vodyanoyznak.ru
Политика в отношении обработки персональных данных